TY - JOUR

T1 - Снаряжение верхового коня из средневекового погребения на реке Иджим в Усинской котловине

AU - Амзараков, Петр Борисович

AU - Лазаретов, Игорь Павлович

AU - Поляков, Андрей Владимирович

AU - Митько, Олег Андреевич

N1 - Амзараков П. Б., Лазаретов И. П., Поляков А. В., Митько О. А. Снаряжение верхового коня из средневекового погребения на реке Иджим в Усинской котловине // Вестник НГУ. Серия: История, филология. 2026. Т. 25, No 3: Археология и этнография. С. 74–88.

PY - 2026

Y1 - 2026

N2 - Статья посвящена анализу одного из самых ярких проявлений межкультурных коммуникаций в кругу тюркоязычных этнополитических групп – украшениям снаряжения верхового коня.В набор из 78 предметов конского снаряжения из средневекового захоронения женщины и новорожденного ребенка, входила пара железных стремян, одно из которых инкрустировано серебром. Его аналогии отмечены в средневековых памятниках Минусинской котловины, за ее пределами на территории Горного Алтая, Восточного Казахстана и Восточной Монголии. Со стременами были обнаружены железные удила с витыми звеньями и бронзовыми позолоченными псалиями S-видной формы. В состав декоративно-функциональных деталей упряжи входили бронзовые позолоченные пряжки и наконечники ремней, накладные фестончатые бляшки и бляшки с изображением восьмилепесткового цветка. Среди крупных подвесных блях выделяется бляха с изображением двух изогнутых в прыжке кошачьих хищников. Все предметы имеют архаичный облик и до совершения погребения могли считаться «семейной реликвией».По данным радиоуглеродного анализа, датировка захоронения женщины с ребенком в кургане 4, совершенного по обряду трупоположения со шкурой коня, имеет излишне широкие хронологические рамки (IX–XIII вв.). Учитывая многочисленные и очень близкие аналогии среди материалов древнетюркских памятников Саяно-Алтая и Монголии VIII–X вв., они могут быть сужены до второй половины IX – X в. (но не ранее 862 г.). При этом имеющий архаичный облик сопроводительный инвентарь, переживший время своего расцвета в VIII–IX вв., может быть намного старше своих «владельцев». В первую очередь это относится к «семейной реликвии», представленной полным комплектом снаряжения верхового коня. Несмотря на неординарность, инвентарь из саяно-пограничного погребения является частью транскультурного предметного комплекса, составляющего «вещный мир» привилегированных слоев древнетюркского общества. Причем находки в мужских и женских захоронениях типологически близких наборов позволяют считать их гендерно нейтральными. Они не содержат каких-либо бесспорных этнических индикаторов, указывающих на принадлежность носителей обряда погребения со шкурой коня к уйгурской или тогуз-огузской этнополитической конфедерации. Наряду с находкой в могильнике Койбалы I конского снаряжения и позолоченных серебряных серег, интерпретированных как изображение богини Умай [Скобелев, 1990], предметный комплекс из Саяно-Пограничное-4 можно считать эталонным для выделения в Саяно-Алтае элитных погребений в сопровождении шкуры коня.

AB - Статья посвящена анализу одного из самых ярких проявлений межкультурных коммуникаций в кругу тюркоязычных этнополитических групп – украшениям снаряжения верхового коня.В набор из 78 предметов конского снаряжения из средневекового захоронения женщины и новорожденного ребенка, входила пара железных стремян, одно из которых инкрустировано серебром. Его аналогии отмечены в средневековых памятниках Минусинской котловины, за ее пределами на территории Горного Алтая, Восточного Казахстана и Восточной Монголии. Со стременами были обнаружены железные удила с витыми звеньями и бронзовыми позолоченными псалиями S-видной формы. В состав декоративно-функциональных деталей упряжи входили бронзовые позолоченные пряжки и наконечники ремней, накладные фестончатые бляшки и бляшки с изображением восьмилепесткового цветка. Среди крупных подвесных блях выделяется бляха с изображением двух изогнутых в прыжке кошачьих хищников. Все предметы имеют архаичный облик и до совершения погребения могли считаться «семейной реликвией».По данным радиоуглеродного анализа, датировка захоронения женщины с ребенком в кургане 4, совершенного по обряду трупоположения со шкурой коня, имеет излишне широкие хронологические рамки (IX–XIII вв.). Учитывая многочисленные и очень близкие аналогии среди материалов древнетюркских памятников Саяно-Алтая и Монголии VIII–X вв., они могут быть сужены до второй половины IX – X в. (но не ранее 862 г.). При этом имеющий архаичный облик сопроводительный инвентарь, переживший время своего расцвета в VIII–IX вв., может быть намного старше своих «владельцев». В первую очередь это относится к «семейной реликвии», представленной полным комплектом снаряжения верхового коня. Несмотря на неординарность, инвентарь из саяно-пограничного погребения является частью транскультурного предметного комплекса, составляющего «вещный мир» привилегированных слоев древнетюркского общества. Причем находки в мужских и женских захоронениях типологически близких наборов позволяют считать их гендерно нейтральными. Они не содержат каких-либо бесспорных этнических индикаторов, указывающих на принадлежность носителей обряда погребения со шкурой коня к уйгурской или тогуз-огузской этнополитической конфедерации. Наряду с находкой в могильнике Койбалы I конского снаряжения и позолоченных серебряных серег, интерпретированных как изображение богини Умай [Скобелев, 1990], предметный комплекс из Саяно-Пограничное-4 можно считать эталонным для выделения в Саяно-Алтае элитных погребений в сопровождении шкуры коня.

U2 - 10.25205/1818-7919-2026-25-3-74-88

DO - 10.25205/1818-7919-2026-25-3-74-88

M3 - статья

VL - 25

SP - 74

EP - 88

JO - Вестник Новосибирского государственного университета. Серия: История, филология

JF - Вестник Новосибирского государственного университета. Серия: История, филология

SN - 1818-7919

IS - 3

ER -